Принцип равноправия сторон в третейском разбирательстве

Принцип равноправия сторон в третейском разбирательстве

Предприниматель Рахимкулов P.

Права сторон на равноправие в рамках арбитражного процесса

Равенство сторон заключается в равности всех граждан перед судом и законом, так как каждый в процессе определения гражданских прав и обязанностей имеет полное право на разбирательство дела, основными характеристиками которого являются:

  • справедливость и публичность судебного процесса;
  • строгое соблюдение разумных сроков, отведенных для разбирательства;
  • судебный процесс должен осуществляться независимыми, компетентными и беспристрастными судьями;
  • состав суда должен создаваться на законных основаниях.

Процессуальное равноправие сторон предусматривает наличие права на судебную защиту, которое включает в себя наличие надежных гарантий.

Данной гарантией является определенное положение, регламентирующее проведение судебных производств на основании принципов состязательности и равноправия.

Такие гарантии позволяют в полном объеме реализовать права граждан, а также обеспечить полноценное восстановление прав на основании справедливого правосудия. Все стороны процесса обладают равными правами, которые отличаются между собой юридическим содержанием, соответственно:

  • сторона истца получает право на предъявление судебного иска в арбитражный суд;
  • сторона ответчика обладает беспрекословным правом на осуществление защитных действий по поводу предъявленного иска.

В процессе арбитражного судебного производства применяется также фактическое равенство сторон, что повышает вероятность реализации принципов равенства и состязательности. Фактическое равенство сторон зависит от следующих факторов:

  • содержание законов, применяемых при рассмотрении судебного дела;
  • отношение судьи к сторонам дела;
  • поведенческих характеристик сторон (инициативность и активность).

содержание законов, применяемых при рассмотрении судебного дела;.

Принцип равноправия сторон в третейском разбирательстве

Включение в Федеральный закон “О третейских судах в Российской Федерации” ст. 18 “Принципы третейского разбирательства”, законодательное закрепление перечня таких принципов и их состав являются уникальными характеристиками этого российского закона. Попытка аналогии с одноименными принципами судопроизводства в государственных судах дала отчасти положительный, а отчасти не вполне удовлетворительный результат.

В Законе РФ “О международном коммерческом арбитраже” термин “принципы” не используется. При этом общепризнанными принципами третейского (арбитражного) разбирательства полагаются следующие положения этого закона, первые 2 из которых относятся к фундаментальным гарантиям справедливого арбитражного разбирательства:

– обеспечение равного отношения к сторонам и предоставление каждой из них равных возможностей (ст. 18 “Равное отношение к сторонам”) (“представить свои объяснения”, “право быть выслушанным”)*(397);

– независимость и беспристрастность арбитров (п. 1 ст. 12 “Отвод арбитров”)*(398);

– принципы “компетенции-компетенции” и автономности арбитражной оговорки (ст. 16 “Право третейского суда на вынесение постановления о своей компетенции”);

– принцип окончательности и обязательности арбитражного решения (ст. 34 “Ходатайство об отмене как исключительное средство оспаривания арбитражного решения”; ст. 35 “Признание и исполнение арбитражного решения” и ст. 36 “Основания для отказа в признании или приведении в исполнение арбитражного решения”). Принципы третейского разбирательства в международном коммерческом арбитраже, место которого находится на территории иностранного государства, следует определять на основе национальных законов страны – “места арбитража”.

Принимая во внимание чрезвычайную важность соответствующего природе третейского разбирательства определения перечисленных в Федеральном законе “О третейских судах в Российской Федерации” принципов, именно содержание этих принципов раскрывается далее.

В ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” впервые в отечественном законодательстве закреплены именно как принципы третейского разбирательства следующие основные положения:

– независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности;

– состязательности и равноправия сторон.

Определения принципов в указанном законе не даются. При толковании и определении практического значения принципов третейского разбирательства следует принять во внимание два важных исходных положения.

Во-первых, название и содержание ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” указывают на то, что перечисленные в этой статье принципы являются принципами именно третейского разбирательства.

Во-вторых, принципы имеют общее значение для третейского разбирательства в целом, а не для отдельных его стадий.

В-третьих, как уже отмечалось, принцип независимости и беспристрастности третейских судей, относится согласно современной доктрине доступности правосудия к числу фундаментальных. Несмотря на то, что формула второго из этих фундаментальных принципов – “право представить свои объяснения” – в ст. 18 закона не воспроизведена, систематическое толкование содержания всех указанных в этой статье принципов третейского разбирательства, в числе которых принцип равноправия сторон, а также иные положения этого федерального закона, дает основание для вывода об учете этого фундаментального положения в составе принципа равноправия сторон.

Особенности проявления принципа законности в третейском разбирательстве обусловлены частной, негосударственной природой третейского суда.

Третейское разбирательство – деятельность третейских (негосударственных) судей, замещающая судебное рассмотрение и разрешение правовых споров государственными судами. В основе третейского разбирательства – договор о передаче его сторонами гражданско-правового спора на разрешение третейского суда (третейское соглашение).

Главное значение принципа законности третейского разбирательства – это его дозволение государством в соответствующем Конституции РФ федеральном законе.

Следующая особенность принципа законности применительно к третейскому разбирательству объясняется его юрисдикционным характером.

Реализация принципа законности процесса в третейском разбирательстве означает:

– рассмотрение дел в соответствии с нормами материального права (ст. 6 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”), а не ex aequo et bono;

– осуществление третейского разбирательства по правилам, определенным в соответствии со ст. 19 “Правила третейского разбирательства” Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”*(399), должно осуществляться при соблюдении принципа беспристрастности третейских судей, а также “права сторон представить свои объяснения (the right to be heard)”, понимаемого в качестве своеобразного знаменателя для установления минимального стандарта процессуальной справедливости*(400);

– исчерпывающий перечень нарушений Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, при доказанности которых заинтересованной стороной компетентный суд вправе вынести определение об отмене (отказе) в исполнении решения третейского суда (ч. 2 ст. 233 и ч. 2 ст. 239 АПК РФ; ч. 2 ст. 422 и ч. 1 ст. 426 ГПК РФ);

– нарушение решением третейского суда основополагающих принципов российского права, в том числе вынесение решения по спору, который не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом, как основание для отмены (отказа в исполнении) решения третейского суда компетентным судом ех officio (абз. 1 и 2 п. 2 ст. 42 и абз. 1 и 2 п. 2 ст. 46 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”; п. 1 и 2 ч. 3 ст. 233, п. 1 и 2 ч. 3 ст. 239 АПК РФ; п. 1 и 2 ч. 4 ст. 421 и п. 1 и 2 ч. 2 ст. 426 ГПК РФ).

Конфиденциальность принято относить к важным преимуществам третейского разбирательства. Законодательное закрепление этого преимущества в качестве одного из принципов третейского разбирательства имеет большое практическое значение, заключающееся в установлении законных оснований для отнесения сведений о третейском разбирательстве к специально охраняемой законом тайне*(401).

Принцип конфиденциальности третейского разбирательства:

– распространяется также на лиц, избранных или назначенных для рассмотрения спора в третейском суде, но утративших полномочия третейских судей по основаниям, перечисленным в ст. 13 и 38 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в том числе по соглашению сторон; после принятия решения по существу спора или определения о прекращении третейского разбирательства и т.д.;

– обеспечивается правилами производства по делам об отмене (исполнении) решения третейского суда в компетентном суде. В соответствии с ч. 2 ст. 232 и ч. 2 ст. 238 АПК РФ, ч. 2 ст. 420 и ч. 2 ст. 425 ГПК РФ при подготовке таких дел к судебному разбирательству судья компетентного суда может истребовать из третейского суда материалы дела только по ходатайству обеих сторон третейского разбирательства (лиц, участвующих в деле).

В п. 1 ст. 22 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” определены пределы применения принципа конфиденциальности в отношении сведений, которые становятся известными третейскому суду и третейским судьям в ходе третейского разбирательства.

Не все сведения, которые становятся предметом третейского разбирательства, могут иметь характер конфиденциальной информации.

Во-первых, законодательством Российской Федерации устанавливается перечень сведений, которые не могут являться конфиденциальными*(402).

Во-вторых, сами стороны могут не рассматривать какие-то сведения как конфиденциальные.

Важнейшей гарантией соблюдения принципа конфиденциальности третейского разбирательства является законодательное закрепление “свидетельского иммунитета” третейских судей. Согласно п. 2 ст. 22 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” третейские судьи отнесены к лицам, которые освобождаются от обязанности давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали им известны “в ходе третейского разбирательства”.

Конституционной основой приведенного законоположения является ст. 51 Конституции РФ. В ч. 1 ст. 51 Конституции РФ закреплено неотъемлемое право любого человека не свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом, а в ч. 2 – право законодательных органов власти устанавливать в федеральном законе иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания.

Круг лиц, освобожденных от обязанности давать свидетельские показания, определяется в федеральных законах об осуществлении правосудия в порядке конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ст. 55 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”; ст. 34, 46, 52, 54-55, 72 УПК РФ; ст. 25.6 КоАП РФ; ч. 3 и 4 ст. 69 ГПК РФ; ст. 56 АПК РФ).

Пункт 2 ст. 22 указанного федерального закона подлежит применению и в отсутствие корреспондирующих положений в процессуальных кодексах.

Указание на то, что “третейский судья не может быть допрошен в качестве свидетеля”, предполагает как собственно запрет допрашивать третейского судью в качестве свидетеля, так и право лица отказаться от дачи показаний об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с выполнением функций третейского судьи.

Беспристрастность третейских судей – общепризнанный принцип третейского разбирательства, закрепленный в большинстве национальных законов, в международных договорах и в правилах третейского разбирательства.

Согласно современной доктрине “доступности правосудия” и ее применению в практике Европейского суда по правам человека, этот принцип, наряду с “правом представить свои объяснения”, относится к античным по происхождению, “базовым” правилам процедуры любого юрисдикционного (несудебного) органа, в том числе в случае возложения на такой орган судебных функций*(403).

Третейский судья при разрешении спора рассматривает спор вместо государственного судьи и в этом своем качестве должен удовлетворять требованиям, обеспечивающим реализацию права граждан и их объединений (организаций) на “справедливое разбирательство дела” “независимым и беспристрастным судом” (п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод)*(404).

Поскольку требования независимости и беспристрастности третейского судьи производны от одноименных требований к судьям государственных судов, то совпадают подходы к основополагающим гарантиям их функциональной деятельности. Никто – ни органы государственной власти, ни учредители постоянно действующих третейских судов, ни их должностные лица или сотрудники – не вправе оказывать влияние на деятельность третейских судей по рассмотрению спора в силу ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”.

Определенные гарантии независимости третейских судей от органов власти установлены в ч. 2 ст. 3 и в ч. 7 ст. 8 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в котором введены запреты:

– на образование третейских судов при федеральных органах государственной власти, органах власти субъектов РФ и органах местного самоуправления;

– на избрание (назначение) третейским судьей лица, которое не может выполнять такую деятельность в соответствии с его должностным статусом, определенным федеральным законом. Независимость третейских судов от учредителей постоянно действующих третейских судов также имеет место в отсутствие вмешательства их органов, должностных лиц и сотрудников в деятельность третейских судей по рассмотрению спора и принятие решения по делу. Само по себе включение лиц в список третейских судей (обязательного или рекомендательного характера) и выплата гонораров за рассмотрение спора не означают зависимости этих лиц от утвердившей такой список и выплачивающей гонорары организации – учредителя постоянно действующего третейского суда.

Независимость третейских судей от сторон понимают как “отсутствие денежных и иных связей между ним и одной из сторон”. Считается, что лицо не может быть избрано (назначено) и принять функции третейского судьи, “если оно имеет прочные деловые связи с одной из сторон либо материально заинтересовано в исходе дела, будучи, например, держателем акций компании, ее должностным лицом или сотрудником и т.п.”*(405).

Беспристрастность – “отсутствие у третейского судьи предрасположенности по отношению к определенной стороне или к существу спора”*(406).

Именно беспристрастность третейского судьи обеспечивается законодательным закреплением таких требований к третейскому судье, как способность “обеспечить беспристрастное разрешение спора”, отсутствие “прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела” (ч. 1 ст. 8 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”). Этой же цели подчинены правила формирования состава третейских судей, устанавливающие основания для отвода (самоотвода) третейского судьи (ст. 8 и ст. 11 Федерального закона).

“Назначение арбитров (третейских судей) сторонами – и поэтому близкие отношения между ними – не противоречит статье 6 Конвенции, если применяемая процедура назначения арбитров дает сторонам равные права и положение”*(407).

Между независимостью и беспристрастностью существует функциональная взаимосвязь. Третейские судьи беспристрастны, пока не доказано обратное. Беспристрастность полагается условием независимости. Необходимо не только чтобы третейские судьи были независимы, отсутствие их независимости должно быть очевидным*(408).

В практике российских (государственных) арбитражных судов отсутствие независимости и беспристрастности третейских судей как основание для отмены (отказа) в принудительном исполнении решений третейских судов было установлено в следующих случаях:

– судья, разрешавший спор о расторжении договора аренды, являлся единственным учредителем организации-истца*(409);

– в состав третейского суда входили директор одной и генеральный директор другой организаций-учредителей истца в третейском разбирательстве*(410);

– постоянно действующим третейским судом был рассмотрен спор с участием “фонда”, являвшегося, по существу, подразделением организации-учредителя постоянно действующего третейского суда, президент которой “утверждал” третейских судей*(411).

При определении пределов применения принципов независимости и беспристрастности, состязательности и равноправия сторон под третейскими судьями следует понимать:

– лиц, которые получают предложение о принятии назначения быть третейским судьей*(412);

– лиц уже избранных или назначенных для рассмотрения спора третейских судей, выполняющих функции третейского судьи по рассмотрению спора вплоть до составления и подписания текста окончательного решения третейского суда.

Принцип диспозитивности третейского разбирательства является логическим продолжением одноименного принципа в материальных правоотношениях, свободы гражданско-правового договора.

Автономия воли сторон договора проявляется в праве на заключение третейского соглашения как основы основ третейского разбирательства и в праве договариваться о правилах третейского разбирательства.

Пределы применения принципа диспозитивности в третейском разбирательстве определены в абз. 1 п. 3 ст. 19 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в соответствии с которым согласованные сторонами правила третейского разбирательства не могут противоречить обязательным положениям этого федерального закона. Под “обязательными положениями” федерального закона понимаются такие, которые не предоставляют сторонам права договариваться по отдельным вопросам.

Состязательность и равноправие сторон – два взаимосвязанных принципа процессуального права, имеющих в третейском разбирательстве существенную специфику.

Равноправие сторон является условием состязательности.

Однако само равноправие сторон в третейском разбирательстве обусловлено выполнением третейскими судьями возложенной на них обязанности по соблюдению принципа “независимости и беспристрастности” как условия “равного отношения к сторонам, предоставления им всех возможностей для изложения своей позиции”.

Нарушение арбитрами принципа равного отношения к сторонам может выражаться не только в том, что арбитр относился к одной из сторон предвзято, но и в том, что арбитр не действовал эффективно на основе принципа равноправия сторон*(413).

Несоблюдение правил формирования состава третейского суда и ведение третейского разбирательства с нарушением требований к третейским судьям; непредоставление стороне возможности “представить третейскому суду свои объяснения”, в том числе и по причине неуведомления об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда, могут являться основаниями для отмены/отказа в принудительном исполнении решения третейского суда (при условии их доказанности заинтересованной стороной).*(414)

Диспозитивность при определении правил третейского разбирательства обусловливает отсутствие строгой предписанной законом процессуальной формы третейского разбирательства. Гибкость большинства процессуальных правил третейского разбирательства, а также его конфиденциальный характер обусловливают вариативность меры состязательного начала в третейском суде при неизменности основного постулата состязательного процесса*(415) – возложения на стороны обязанности по представлению доказательств.

Принимая во внимание чрезвычайную важность соответствующего природе третейского разбирательства определения перечисленных в Федеральном законе О третейских судах в Российской Федерации принципов, именно содержание этих принципов раскрывается далее.

Хрестоматия альтернативного разрешения споров (42 стр.)

Процессуальный принцип состязательности, как и принцип диспозитивности, своими истоками имеет материально-правовую плоскость. Двигателем третейского процесса в конечном счете оказываются конфликтующие материально-правовые интересы.

Вместе с тем реализация принципа состязательности в третейском разбирательстве несколько отличается от того, каким образом этот принцип реализуется в гражданском (арбитражном) судопроизводстве. Объясняется это тем, что если в гражданском процессе источником нормативного выражения состязательности являются законодательные положения, то в третейском процессе в качестве нормативного источника, при помощи которого наполняется содержание принципа состязательности, выступают не столько нормы закона, сколько нормы, установленные регламентами (положениями) третейских судов и договорами, заключаемыми сторонами.

Принцип состязательности в третейском разбирательстве реализуется различными юридическими механизмами. Одно из главных правил состязательности заключается в том, что каждая из сторон должна доказывать те обстоятельства, которые послужили основанием для ее требований и возражений. В соответствии с этим требованием и распределяется бремя доказывания в третейском процессе. Каждая из сторон участвует в исследовании доказательств, представленных в суд, высказывает свои соображения по этим доказательствам, а также обосновывает собственное мнение по всем вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства. Это правило закреплено и в гражданском процессе. Однако доказывание в гражданском (арбитражном) процессе является такой разновидностью процессуальной деятельности, которая строго подчинена процессуальному закону, в рамках которого эта деятельность и осуществляется. Стороны в этом случае могут использовать только те средства доказывания, которые допускаются процессуальным законом. Доказывание, не основанное на нормативных предписаниях, не может быть основой для судебного решения, принимаемого государственным судом. Вместе с тем в третейском процессе стороны вольны в установлении правил доказывания (при условии непротиворечивости таковых закону). Стороны вправе самостоятельно определить и средства доказывания, включая те, которые не известны процессуальному закону, регламентирующему процедуру доказывания в рамках государственного судопроизводства. К примеру, истец и ответчик вправе договориться об определенном порядке доказывания, об определении правил относимости тех или иных доказательств, о возложении бремени доказывания на одну из сторон, о требованиях, предъявляемых к доказательствам, о формулировании преюдиций и презумпций и т. п.

Своеобразие состязательности в третейском процессе проявляется и в том, что этот принцип во много раз более радикален, нежели состязательность в гражданском (арбитражном) процессе. Известно, что, несмотря на конкурирующие теории состязательности судопроизводства, общим в юридической доктрине является непризнание “чистого” состязательного судопроизводства. Российское гражданское (арбитражное) судопроизводство характеризуется тем, что законодатель оставил государственному суду определенные полномочия, позволяющие влиять на развитие процесса и тем самым в какой-то степени ограничивающие состязательность. К примеру, суд играет активную роль в исследовании и определении круга юридически значимых обстоятельств дела, влияющих на предмет доказывания по делу. При этом суд вправе определять, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (п. 2 ст. 56 ГПК РФ). Конечно, подобного рода полномочия государственного суда влияют на состязательность в гражданском процессе, ограничивая таковую в определенной степени. В этом смысле третейский суд не обладает какими-либо процессуальными полномочиями, позволяющими влиять на развитие процесса без взаимного согласия его участников. Возложение же бремени доказывания на стороны и освобождение от него суда означает, что “стороны, представляя доказательства, становятся хозяевами доказательственного материала”. Это приводит к появлению у них возможности количественно сужать меру источников познания и способов исследования судом спорного правоотношения сторон.

Таким образом, состязательность в третейском разбирательстве реализуется в гораздо более “чистых” формах, без влияния “следственного” начала, которое в какой-то степени характерно для гражданского (арбитражного) процесса.

Нарушение принципа состязательности со стороны третейского суда может иметь серьезные юридические последствия. Практика свидетельствует, что нарушение принципа состязательности обычно заключается в том, что сторона не была надлежащим образом уведомлена о назначении третейских судей или третейского разбирательства, что лишило ее возможности должным образом участвовать в рассмотрении спора. Такое нарушение происходит, если третейский суд нарушил установленные соглашением сторон, регламентами судов или законом правила оповещения участников третейского разбирательства.

Принцип равноправия сторон

Принцип равноправия сторон в третейском разбирательстве вытекает из ст. 19 Конституции РФ. Принцип равноправия сторон так же фундаментален, как и все вышеперечисленные принципы. Принцип равноправия граждан во всех областях государственной и общественной жизни столь значим, что в обобщенном виде закреплен в Конституции РФ, т. е. является конституционным принципом.

Свое отражение принцип равноправия получает как в сфере защиты гражданских прав вообще, так и в сфере третейского разбирательства в частности. Равенство участников гражданско-правовых отношений имеет два аспекта: предполагает, во-первых, признание за ними равных материальных и процессуальных прав, и, во-вторых, предоставление им одинаковой возможности обращаться за защитой и охраной своих прав к третейским судам. Таким образом, принцип равенства участников третейского разбирательства является необходимой гарантией для установления истины по рассматриваемому третейским судом делу и для вынесения законного, обоснованного и справедливого решения.

Принцип равноправия в качестве одной из составляющих своего содержания имеет запрет на получение любой из сторон судебного разбирательства процессуальных преимуществ перед другой стороной. Это выражается в том, что ни одна из сторон не может быть обременена дополнительными процессуальными обязанностями, ей не может быть предоставлено дополнительных процессуальных прав, так же как она не может быть освобождена от выполнения процессуальных обязанностей. Это же находит свое выражение в самых различных процессуальных конструкциях, закрепленных в законе. К примеру, каждая из сторон имеет равные права в представлении доказательств, а также в их исследовании. В соответствии с п. 1 ст. 27 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” каждой стороне должны быть предоставлены равные возможности для изложения своей позиции и защиты своих прав и интересов.

Читайте также:  Валютные переводы за границу: комиссии, сроки и нюансы

Кроме того, принцип равноправия находит свое выражение и в том, что рассмотрение и разрешение споров третейским судом происходит в едином процессуальном порядке, установленном либо законом, либо соглашением сторон третейского разбирательства.

В том случае, если стороны в третейском соглашении предусмотрели отказ одной из сторон от своих процессуальных прав, соответствующие положения третейского соглашения необходимо рассматривать как недействительные.

Хрестоматия альтернативного разрешения споров 42 стр.

Принципы арбитражного (третейского) разбирательства: общая характеристика. Отличия принципов и преимуществ.

Согласно ст. 18 Закона о третейских судах: третейское разбирательство осуществляется на основе принципов законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон.

Общеправовой принцип законности третейского разбирательства выражает закрепленное в ст. 6 Закона о третейских судах требование к арбитрам и иным участникам третейского разбирательства соблюдать в своей деятельности нормы законов и иных нормативных правовых актов. Данный принцип предусматривает: рассмотрение дел с применением норм (материального) права; осуществление третейского разбирательства по правилам, определенным в соответствии со ст. 19 Закона о третейских судах.

Реализация принципа конфиденциальности третейского разбирательства отражена в ст. ст. 18, 22 и п. 4 ст. 27 Закона о третейских судах: третейский судья не вправе разглашать сведения, ставшие известными ему в ходе третейского разбирательства, без согласия сторон или их правопреемников; третейский судья не может быть допрошен в качестве свидетеля о сведениях, ставших известными ему в ходе третейского разбирательства. При этом дело, рассмотренное судом ad hoc, вместе с доказательствами должно быть в месячный срок передано для хранения в компетентный государственный суд, откуда оно может быть затребовано любым государственным органом (ст. 39 Закона о третейских судах). Данный принцип можно назвать особенностью, преимуществом третейского разбирательства. Рассмотрение споров арбитражем происходит, как правило, на закрытых заседаниях, это гарантирует сохранение производственных и коммерческих тайн сторон спора. Это является преимуществом.

Принципы независимости и беспристрастности третейских судей предопределены тем, что третейский суд складывается как суд третьего лица, независимого от сторон разбирательства и непредвзятого по отношению к ним. Законодатель требует от арбитров быть беспристрастными при разрешении дела и заявлять обо всех основаниях, которые могут повлечь утрату независимости от сторон (ч. 1 ст. 12 Закона о третейских судах). Между независимостью и беспристрастностью существует функциональная взаимосвязь. Третейские судьи беспристрастны, пока не доказано обратное. Нарушение указанных принципов на практике приводит к отмене решения третейского суда или к отказу в выдаче исполнительного листа для его принудительного исполнения. Юридической гарантией беспристрастности и независимости судей является обязанность третейского судьи сообщить третейскому суду о конфликте интересов и заявить самоотвод.

Принцип диспозитивности, закрепленный в ст. 18 Закона о третейских судах, выражается в диспозитивных действиях процессуального характера. Данный принцип является преимуществом! Арбитраж носит чрезвычайно демократический характер. Он является общественным формированием, не входящим в систему судебных, административных и иных гос-венных органов. Стороны имеют возможность оказывать влияние на все стадии арбитражного разбирательства: согласие сторон является обязательным условием для обращения в арбитраж; стороны могут избирать арбитров, доверить решение дела одному лицу; стороны избирают место проведения арбитража и язык арбитражного разбирательства; стороны вправе определять полностью или частично саму арбитражную процедуру; стороны могут изъять спор из-под действия права и предложить решить его по справедливости (ex aequo et bono). Процедура арбитражного разбирательства проста, она не регламентируется многочисленными процессуальными нормами, регулирующими судебную процедуру, что обеспечивает рассмотрение дел в относительно короткие сроки. Это также является преимуществом!

Принцип равноправия сторон, закрепленный в ст. 18, ч. 1 ст. 27 Закона о третейских судах, относится к специфическим принципам процесса и базируется на более общем, организационно-функциональном или конституционном, принципе равенства перед законом и судом. Вся процедура третейского разбирательства сконструирована таким образом, что противоборствующие стороны обладают равными юридическими возможностями в защите своих прав и законных интересов в суде. Истец вправе заявить свои требования, отказаться от них, заключить мировое соглашение; ответчик может подать свои возражения на иск, признать иск, заявить встречный иск, заключить мировое соглашение. Перечень, безусловно, не является исчерпывающим, но в нем уже прослеживается характерная черта – сбалансированность возможностей сторон по отстаиванию своих прав в третейском разбирательстве. Данный принцип также является преимуществом в третейском разбирательстве.

В ст. 18 Закона о третейских судах закреплен принцип состязательности. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований и возражений (ст. 26 Закона о третейских судах). Рассмотрение дела в третейском суде предполагает активные действия сторон. Реализация принципа состязательности в третейском судопроизводстве отличается от принципа состязательности реализуемого в гражданском (арбитражном) судопроизводстве. Если в гражданском (арбитражном) процессе источником нормативного выражения состязательности являются законодательные положения, а в третейском процессе выступают нормы, установленные регламентами (положениями) третейских судов и договорами между участниками спора. Это значительно упрощает третейское разбирательство и является преимуществом.

Можно выделить отдельное преимущество – окончательность и невозможность обжалования решения международного коммерческого арбитража которое является принципом. Фундаментальным принципом коммерческого арбитража является окончательный характер арбитражного решения — res judicata, согласно которому арбитражное решение окончательно и обязательно для сторон, оно не подлежит изменению, не может быть пересмотрено по существу и подлежит исполнению в принудительном порядке.

Принципы независимости и беспристрастности третейских судей предопределены тем, что третейский суд складывается как суд третьего лица, независимого от сторон разбирательства и непредвзятого по отношению к ним.

Порядок третейского разбирательства споров между гражданами

  • Принципы третейского разбирательства
  • Порядок третейского разбирательства
  • Решение третейского суда
  • Прекращение дела в третейском суде
  • Основания для отмены решения третейского суда
  • Это может быть интересно

Третейское разбирательство осуществляется на основе принципов:

Беспристрастности третейских судей

  • Равноправия сторон
  • Третейское разбирательство производится в соответствии с правилами постоянно действующего суда либо с правилами, согласованными сторонами, если ТС создан для разрешения конкретного спора. Однако правила не должны противоречить нормам ФЗ «О ТС в РФ». Если правилами или соглашением не указано место третейского разбирательства, то сам ТС определяет место рассмотрения дела с учетом всех обстоятельств дела, включая фактор удобства для сторон.

    Истец излагает свои требования в письменной форме. Копия искового заявления передается им ответчику. Реквизиты искового заявления:

    дата искового заявления;

    наименование и места нахождения организаций, являющихся сторонами третейского разбирательства: ФИО, даты и места рождения, места жительства и места работы граждан-предпринимателей и граждан, являющихся сторонами третейского разбирательства;

    обоснование компетенции ТС;

    требования истца; обстоятельства, на которых истец основывает свои требования;

    доказательства, подтверждающие основания исковых требований;

    перечень прилагаемых к исковому заявлению документов и иных материалов.

    Исковое заявление должно быть подписано истцом или его представителем. Ответчик вправе представить истцу и в ТС отзыв на исковое заявление, изложив в нем свои возражения против иска. В процессе третейского разбирательства: стороны могут изменить или дополнить свои исковые требования или возражения против иска. может быть назначена и проведена экспертиза.

    При разрешении споров ТС руководствуется Конституцией РФ, ФКЗ, ФЗ, нормативными указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, НПА субъектов РФ и ОМСУ, международными договорами РФ и иными НПА, действующими на территории РФ.

    Решение объявляется в заседании ТС, который вправе:

    объявить только резолютивную часть решения. Если стороны не согласовали срок для направления решения, то мотивированное решение должно быть направлено сторонам в срок, не превышающий 15 дней со дня объявления резолютивной части решения.

    отложить принятие решения и вызвать стороны на дополнительное заседание.

    Решение суда считается принятым в месте третейского разбирательства и в тот день, когда оно подписано третейскими судьями, входящими в состав суда.

    Резолютивная часть решения должна содержать выводы ТС об удовлетворении или отказе в удовлетворении каждого заявленного искового требования.

    В резолютивной части указываются:

    сумма расходов, связанных с разрешением спора в третейском суде

    распределение расходов между сторонами

    срок и порядок исполнения принятого решения (при необходимости).

    Каждой стороне передается экземпляр решения, подписанный судьями. Третейское разбирательство может быть закончено и без вынесения решения. Окончанием производства по делу в этом случае является его прекращение.

    Дело прекращается, если:

    Истец отказывается от своего требования, если только ответчик не заявит возражения против прекращения третейского разбирательства в связи с наличием у него законного интереса в разрешении спора по существу;

    Стороны достигли соглашения о прекращении третейского разбирательства;

    ТС вынес определение об отсутствии у ТС компетенции рассматривать переданный на его разрешение спор;

    ТС принял решение об утверждении письменного мирового соглашения;

    Организация, являющаяся стороной третейского разбирательства, ликвидирована;

    Гражданин-предприниматель либо гражданин, являющийся стороной третейского разбирательства, умер либо объявлен умершим или признан безвестно отсутствующим;

    Имеется вступившее в законную силу, принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда общей юрисдикции, арбитражного суда или ТС.

    Дело, рассмотренное ТС, должно сдаваться на хранение в компетентный суд в месячный срок с даты принятия решения. Для постоянно действующих ТС установлено иное правило – дело хранится в данном ТС в течение 5 лет с даты принятия по нему решения. Правилами постоянно действующего ТС может быть определен иной срок. В соответствии с ФЗ от 24 июля 2002 г. «О третейских судах в Российской Федерации» решение ТС, принятое на территории РФ, может быть оспорено сторонами третейского разбирательства. Заявление об отмене решения ТС подается в районный суд, на территории которого принято решение ТС, в срок, не превышающий 3 месяцев со дня получения стороной решения.

    В заявлении об отмене решения ТС должны быть указаны:

    наименование суда, в который подается заявление;

    наименование и состав третейского суда, принявшего решение;

    наименование сторон третейского разбирательства, их место жительства или место нахождения;

    дата и место принятия решения третейского суда;

    дата получения оспариваемого решения ТС стороной, обратившейся с заявлением об отмене указанного решения;

    требование заявителя об отмене решения ТС и основания, по которым оно оспаривается.

    При подготовке дела к судебному разбирательству по ходатайству обеих сторон третейского разбирательства судья может истребовать из ТС материалы дела, решение по которому оспаривается в районном суде. Стороны третейского разбирательства извещаются районным судом о времени и месте судебного заседания. Неявка указанных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению дела.

    Исковое заявление должно быть подписано истцом или его представителем.

    Третейское разбирательство. Принципы третейского разбирательства. Правила третейского разбирательства.

    Третейское разбирательство – процесс разрешения спора в третейском суде и принятия решения третейским судом.

    Третейский суд самостоятельно решает вопрос о наличии или об отсутствии у него компетенции рассматривать переданный на его разрешение спор.

    Третейское разбирательство осуществляется на основе принципов законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон (ст. 18 Закона).

    Рассмотрение конкретных дел в третейском суде производится в соответствие с правилами третейского разбирательства – нормами, регулирующими порядок разрешения спора в третейском суде, включающий правила обращения в третейский суд, избрания (назначения) третейских судей и процедуру третейского разбирательства.

    Постоянно действующий третейский суд осуществляет третейское разбирательство в соответствии с правилами этого суда, если стороны не договорились о применении других правил; третейский суд существует для разрешения конкретного спора – в соответствии с правилами, согласованными сторонами. Согласованные сторонами правила не могут противоречить обязательным положениям Федерального закона о третейских судах.

    Истец излагает свои требования в исковом заявлении, которое в письменной форме передается в третейский суд. Копия искового заявления передается ответчику. Содержание и форма искового заявления определяются ст. 23 Закона.

    Ответчик вправе представить истцу и в третейский суд отзыв на исковое заявление, с учетом принципа диспозитивности в ходе третейского разбирательства сторона вправе изменить или дополнить свои исковые требования или возражения против иска, ответчик вправе предъявить встречный иск до принятия решения третейским судом, потребовать зачета встречного требования, истец вправе представить возражения против встречного иска.

    По просьбе стороны третейский суд может распорядиться о принятии какой-либо стороной обеспечительных мер, а также потребовать от любой стороны предоставить надлежащее обеспечение в связи с принятыми обеспечительными мерами.

    Заявление об обеспечении иска подается стороной в арбитражный суд по месту осуществления третейского разбирательства или месту нахождения имущества, в отношении которого могут быть приняты обеспечительные меры.

    Принцип состязательности реализуется в третейском разбирательстве, прежде всего, в распределении обязанностей по доказыванию. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований и возражений; третейский суд вправе предложить сторонам представить дополнительные доказательства (ст. 26 Закона).

    Принцип равноправия сторон выражается в положении Закона о том, что каждой стороне должны быть предоставлены равные возможности для изложения своей позиции и защиты своих прав и интересов (ст. 27 Закона).

    Если стороны не договорились об ином, то третейское разбирательство осуществляется в заседании третейского суда с участием сторон или их представителей. Сторонам должно быть заблаговременно направлено уведомление о времени и месте заседания третейского суда. Непредставление документов и иных материалов, неявка надлежащим образом уведомленных сторон или их представителей на заседание третейского суда не являются препятствием для третейского разбирательства, если причины этого признаны судом неуважительными. Непредставление ответчиком возражений против иска не может рассматриваться как признание требований истца.

    Если стороны не договорились об ином, то дело рассматривается в закрытом заседании, в заседании третейского суда ведется протокол.

    Третейский суд принимает в ходе третейского разбирательства решения и определения.

    Решение выносится по существу рассмотренного спора, определение – по вопросам, не затрагивающим существа спора.

    Стороны, заключившие третейское соглашение, принимают на себя обязанность добровольно исполнять решение третейского суда. Стороны и третейский суд прилагают все усилия к тому, чтобы решение третейского суда было юридически исполнимо (ст. 31 Закона).

    Решение принимается большинством голосов третейских судей, входящих в состав третейского суда. Решение объявляется в заседании третейского суда.

    В третейском суде может быть заключено мировое соглашение. По ходатайству сторон третейский суд принимает решение об утверждении мирового соглашения, если оно не противоречит законам и иным нормативным правовым актам и не нарушает прав и законных интересов других лиц. Содержание мирового соглашения излагается в решении третейского суда.

    Форма и содержание решения третейского суда установлены ст. 33 Закона «О третейских судах».

    Решение третейского суда излагается в письменной форме и подписывается третейскими судьями, входящими в состав третейского суда, в том числе третейским судьей, имеющим особое мнение. Особое мнение третейского судьи прилагается к решению третейского суда. Если третейское разбирательство осуществлялось коллегиально, то решение может быть подписано большинством третейских судей, входящих в состав третейского суда, с указанием уважительной причины отсутствия подписей других третейских судей.

    Решение третейского суда считается принятым в день его подписания судьями.

    По основаниям, указанным в Законе, третейское разбирательство может быть прекращено (ст. 38 Закона).

    Оспаривание решения третейского суда

    Закон о третейских судах предоставляет сторонам возможность оспаривания решений третейских судов.

    Если в третейском соглашении не предусмотрено, что решение третейского суда является окончательным, то оно может быть оспорено участвующей в деле стороной путем подачи заявления об отмене решения в компетентный суд в течение трех месяцев со дня получения стороной решения.

    Порядок оспаривания решений третейских судов определяется гл. VII Закона, § 1 гл. 30 АПК РФ.

    Заявление об отмене решения третейского суда подается в арбитражный суд субъекта РФ, на территории которого принято решение. Требования к содержанию заявления указаны в ст. 231 АПК РФ. При наличии оснований, предусмотренных АПК РФ, заявление оставляется без движения или возвращается лицу, его подавшему. Заявление рассматривается судьей единолично. Стороны третейского разбирательства извещаются о времени и месте судебного заседания, их неявка не является препятствием для рассмотрения дела.

    При рассмотрении дела арбитражный суд в судебном заседании устанавливает наличие или отсутствие оснований для отмены решения третейского суда, предусмотренных законодательством путем исследования представленных в суд доказательств в обоснование заявленных требований и возражений.

    Основания для отмены решения третейского суда изложены в ст. 233 АПК РФ, ст. 42 Закона «О третейских судах», ст. 34 Закона 1993 г.

    Решение третейского суда может быть отменено арбитражным судом лишь в случаях, если сторона, подавшая заявление об отмене решения третейского суда, представит доказательства того, что: а) третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным федеральным законом; б) решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения; в) состав третейского суда или третейское разбирательство не соответствовали соглашению сторон или федеральному закону; г) сторона, против которой принято решение третейского суда, не была должным образом уведомлена об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения.

    Решение третейского суда также подлежит отмене, если арбитражный суд установит, что: а) спор, рассмотренный третейским судом, в соответствии с федеральным законом не может быть предметом третейского разбирательства; б) решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права.

    По результатам рассмотрения заявления арбитражный суд выносит определение, которое может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в течение месяца со дня вынесения.

    Отмена решения третейского суда не препятствует сторонам повторно обратиться в третейский суд, если возможность обращения в третейский суд не утрачена.

    Однако в случае, если решение третейского суда отменено вследствие недействительности третейского соглашения или потому, что решение принято по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, не охватываемым третейским соглашением, соответствующий спор дальнейшему рассмотрению в третейском суде не подлежит.

    Исполнение решения третейского суда

    Решение третейского суда исполняется добровольно в порядке и сроки, которые установлены в решении. Если в решении срок не установлен, то оно подлежит немедленному исполнению.

    При неисполнении решения добровольно в установленный срок оно подлежит принудительному исполнению на основе выданного арбитражным судом исполнительного листа.

    Заявление о выдаче исполнительного листа подается в арбитражный суд стороной, в пользу которой было вынесено решение, не позднее трех лет со дня окончания срока для добровольного исполнения решения третейского суда. При уважительности причин пропуска срок может быть восстановлен арбитражным судом (ст. 45 Закона).

    Производство в арбитражном суде по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда регулируется § 2 гл. 30 АПК РФ.

    Вопрос о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда рассматривается арбитражным судом по заявлению стороны третейского разбирательства, в пользу которой принято решение третейского суда.

    Заявление в арбитражный суд субъекта РФ подается по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место нахождения или место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника – стороны третейского разбирательства.

    Форма и содержание заявления указаны в ст. 237 АПК РФ.

    При наличии оснований, предусмотренных АПК РФ, заявление оставляется без движения или возвращается лицу, его подавшему.

    Заявление о выдаче исполнительного листа рассматривается судьей единолично. Стороны третейского разбирательства извещаются арбитражным судом о судебном заседании, их неявка не является препятствием для рассмотрения дела.

    При рассмотрении дела арбитражный суд в судебном заседании устанавливает наличие или отсутствие оснований для выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда путем исследования представленных в суд доказательств обоснования заявленных требований и возражений.

    При рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа компетентный суд не вправе исследовать обстоятельства, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу.

    Основания для отказа в выдаче исполнительного листа указаны в ст. 239 АПК РФ, ст. 46 Закона о третейских судах, ст. 36 закона 1993 г. Они аналогичны с основаниями для отмены решения третейского суда при его оспаривании в арбитражный суд.

    По результатам рассмотрения заявления арбитражный суд выносит определение, которое может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в течение месяца со дня вынесения

    Определение компетентного суда о выдаче исполнительного листа подлежит немедленному исполнению.

    Последствия отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда аналогичны последствиям отмены оспоренного решения третейского суда. Отказ в выдаче исполнительного листа не является препятствием для повторного обращения в третейский суд, если возможность обращения в третейский суд не утрачена, за исключением случаев, предусмотренных законом (при недействительности третейского соглашения) (ст. 43 Закона, ст. 239 АПК РФ).

    Принудительное исполнение решения третейского суда осуществляется по правилам исполнительного производства

    Дата добавления: 2016-05-05 ; просмотров: 1256 ; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ

    Если в решении срок не установлен, то оно подлежит немедленному исполнению.

    Просмотр статьи

    ⛔️ (обновите страницу, если статья не отобразилась)

    Ваш браузер не поддерживает фреймы

    Баймолдина относит к числу принципов арбитража принцип содействия сотрудничеству между сторонами-контрагентами, а также принцип простоты третейской процедуры 13, 15.

    Ответы юристов
    • 15.07.2020 Баранов Александр Михайлович Елена, здравствуйте! Формально данная сумма должна б.
    • 15.07.2020 Баранов Александр Михайлович Николай, здравствуйте! На лицо навязывание платных у.
    • 13.07.2020 Онуфриенко Вячеслав Юрьевич Попросите родственника выкупить Ваш автомобиль, при .
    • 13.07.2020 Онуфриенко Вячеслав Юрьевич В соответствии с п. 10 ст. 13 НК РФ государственная .
    • 13.07.2020 Онуфриенко Вячеслав Юрьевич Добрый. Признание основного долга Ответчиком в .
    • 12.07.2020 Бондаренко Елена Валерьевна Доброе утро, Рита. В ст.199 ГК РФ сказано: .
    • 10.07.2020 Пилипенко Игорь Александрович Раздел имущества, Анатолий Юрьевич, дело сложное, не.
    • 10.07.2020 Бондаренко Елена Валерьевна Доброе утро, Евгений Михайлович. Подтвердите док.
    • 04.07.2020 Бондаренко Елена Валерьевна Доброе утро. Обращайтесь в суд. За неисполне.
    • 04.07.2020 Бондаренко Елена Валерьевна Доброе утро, Сергей. Я бы вам порекомендовала оп.

    Договор аренды нежилых помещений, зданий и сооружений.

    Решение третейского суда

    В большинстве случаев решение третейского суда оглашается в конце заседания после простого голосования судейского состава. Учитывается большинство и оглашается резолютивная его часть. При этом:

    Читайте также:  Как оплатить госпошлину со скидкой 30% через госуслуги

    1. Если судьи посчитают нужным, то принятие решения может быть отложено на следующее назначаемое заседание.
    2. Сам документ в течение 15-ти дней в письменном виде направляется всем участникам процесса и в компетентный государственный судебный орган.
    3. Исполнение решения третейского суда, согласно подписанному сторонами договору, является окончательным.

    Исполнение решения третейского суда, согласно подписанному сторонами договору, является окончательным.

    Задачи и принципы третейского разбирательства

    2.1 Задачи и принципы третейского разбирательства

    В первом варианте проекта Закона о третейских судах в РФ было указано, что третейское разбирательство осуществляется на основе принципов законности, зависимости судей, равенства сторон перед законом и судом, состязательности и равноправия. В варианте, имевшемся в январе 1998 г., к этому перечню добавлены принципы конституционности, независимости судей, диспозитивности и конфиденциальности. Упущен такой существенный принцип, как непрерывность третейского разбирательства. В литературе уже обсуждалось значение для третейских судов принципов доверительности, договорности и государственного контроля как специфических юридических начал именно третейского судебного процесса [II. 23. с. 314-319].

    В соответствии с принципом конфиденциальности третейского разбирательства третейский судья не вправе разглашать сведения, ставшие известными ему в ходе третейского разбирательства, без согласия сторон и их правопреемников. О таких сведениях он не может быть допрошен в качестве свидетеля. Если стороны не договорились об ином, то состав третейского суда рассматривает дело в закрытом заседании.

    Действие принципа диспозитивности проявляется в праве сторон обратиться в третейский суд и определять по своей воле порядок разрешения спора третейским судом. Однако стороны не вправе изменять своим соглашением обязательных положений закона (о принципах третейского разбирательства, компетенции третейского суда, требованиях, предъявляемых к третейскому судье). Истец, передав в третейский суд исковое заявление, может изменить и дополнить свои требования, ответчик может изменить и дополнить требования, содержащиеся во встречном иске или возражениях против иска. Стороны могут оспорить решение Третейского суда в компетентном суде, если соглашением сторон не предусмотрено, что решение третейского суда является окончательным. Сторона, в пользу которой было вынесено решение третейского суда, может обратиться в компетентный суд с просьбой о выдаче исполнительного листа.

    Принципом третейского разбирательства является равноправие сторон. Сторонам третейского разбирательства предоставляются равные возможности для изложения позиции и защиты своих прав и интересов: истец предъявляет иск, ответчик вправе предъявить к истцу встречный иск; возражать против иска; стороны представляют доказательства, извещаются о третейском разбирательстве; им вручаются (направляются) копии всех документов, представленных другой стороной. Закон обязывает суд заблаговременно направлять сторонам уведомление о месте и времени третейского разбирательства.

    В соответствии с принципам состязательности третейского разбирательства каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений. Третейский суд вправе предложить сторонам представить дополнительные доказательства, но он не может обязать сторону представить имеющееся у нее доказательство. Для разъяснения возникающих при разрешении дела вопросов, требующих специальных познаний, третейский суд может назначить экспертизу и потребовать от любой из сторон представления необходимых для проведения экспертизы документов, материалов .

    Действующим законодательством установлен принцип добровольности исполнения решений третейских судов. Согласно ст.44 ФЗ «О третейских судах» решение третейского суда исполняется добровольно, в порядке и сроки, установленные в решении. Причем указанной статьей закреплен также принцип немедленного исполнения принятого решения: «Если в решении срок исполнения не установлен, оно подлежит немедленному исполнению». Принцип добровольного исполнения третейских судебных решений не исключает возможности использования применительно к сторонам при необходимости мер государственного принуждения. Однако при рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа по решению третейского суда арбитражный суд осуществляет не только государственное принуждение, но и государственный контроль применительно к соблюдению правил процедуры третейским судом. Если решение третейского суда не исполнено стороной добровольно, в порядке и в сроки, в нем указанные, арбитражный суд, на территории которого находится третейский суд, выдает исполнительный лист на принудительное исполнение решения. Арбитражный суд вправе отказать в выдаче приказа в указанных ФЗ «О третейских судах» случаях (ст.45) [II. 9. с. 417-423].

    При оценке законодательно установленного в настоящее время права арбитражного суда контролировать законность и обоснованность вынесенного третейским судом решения при выдаче исполнительного листа большинство авторов склоняется к отрицанию такого контроля, поскольку он, по их мнению, противоречит идее самого третейского разбирательства. В современных условиях элементы государственного контроля за деятельностью третейских судов должны быть, видимо сохранены. При выдаче исполнительного листа по решению третейского суда арбитражный суд должен, во всяком случае, контролировать соблюдение основных процессуальных требований, предъявляемых к третейскому разбирательству. Процессуальной формой обязательности реализации решения третейского суда является исполнительный лист.

    ФЗ «О третейских судах» установил достаточно короткий срок для подачи такого заявления – три месяца со дня окончания срока исполнения решения третейского суда. Заявления, поданные с нарушением установленного срока либо без приложения необходимых документов, возвращаются арбитражным судом без рассмотрения. При наличии уважительных причин пропуска срока на подачу заявления о выдаче исполнительного листа срок по ходатайству стороны может быть восстановлен арбитражным судом. Заявление рассматривается единолично судьей в месячный срок со дня получения арбитражным судом. По результатам рассмотрения заявления выносится определение о выдаче исполнительного листа либо об отказе в его выдаче. Если при рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа по решению третейского суда будет установлено, что решение не соответствует законодательству либо принято по неисследованным материалам, арбитражный суд возвращает дело на новое рассмотрение в третейский суд, принявший решение [I. 4.].

    В соответствии с Законом «О международном коммерческом арбитраже», утвержденным Верховным Советом 7 июля 1993 г., арбитражное решение по требованию одной из сторон может быть отменено судом соответствующего субъекта Федерации. В частности, это возможно вследствие того, что решение по спору противоречит публичному порядку РФ, либо потому, что спор вообще не мог быть предметом третейского разбирательства. Таким образом, решение третейского суда не является окончательным, поскольку в процессе принудительного исполнения государственные арбитражные суды должны оценить решение с точки зрения правильности применения третейским судом норм материального и процессуального права. Стороны лишены также права самостоятельно выбрать дальнейший порядок действий по урегулированию спора при отказе арбитражного суда выдать исполнительный лист. В связи с этим обычно лишь констатируют тот факт, что реализация введенного порядка исполнения решений третейских судов ввиду утраты этими решениями окончательного характера и удлинения сроков окончательного урегулирования споров ведет к потере рассматриваемым институтом привлекательности для спорящих сторон.

    Таким образом в нарушение договорной природы третейского суда арбитражному суду предписывается при рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа не по просьбе стороны, а по собственной инициативе проверять законность вынесенного третейским судом решения, полноту исследования им материалов дела [II. 14. с. 68-88].

    Между тем в мировой практике1 гарантией законности процесса в третейских судах и выносимого решения является проверка со стороны государственного суда, осуществляемая только по ходатайству заинтересованной стороны в споре. Законодательство ряда стран предусматривает даже право сторон в третейском соглашении отказаться от самой возможности пересмотра решения третейского суда в суде государственном. Начатая заинтересованной стороной процедура оспаривания не приостанавливает исполнения третейского решения. Думается, что подобный подход более соответствует самой природе третейского разбирательства, чем сложившийся в нашем законодательстве.

    Еще один вопрос, пока не получивший полноценного ответа в российском законодательстве и в имеющемся проекте, – об исполнении актов третейских судов. Он связан с тем, что и в процессуальных нормах, применяющихся государственными судами, есть пробелы, мешающие эффективной работе третейских судов.

    В конце 2004 г. одним из третейских судов Москвы было принято решение об удовлетворении исковых требований коммерческой организации. Последняя обратилась в Государственный арбитражный суд Москвы с заявлением о выдаче исполнительного документа на принудительное исполнение решения. Арбитражный суд постановил выдать исполнительный лист на взыскание с расчетного счета ответчика задолженности перед организацией, обратившейся с указанным заявлением, посчитав, что вынесенное третейским судом решение было принято в соответствии с его компетенцией и действующим законодательством. Ответчик не был уведомлен о начавшемся третейском, разбирательстве, на суде не присутствовал, а потому не имел возможности представить доказательств в защиту своей позиции. О состоявшемся решении, выданном исполнительном листе он узнал, когда на его счет был наложен арест, спустя месяц после выдачи исполнительного листа. Организация-ответчик приготовилась обжаловать определение арбитражного суда Москвы, но выяснилось, что в соответствии со ст.46 ФЗ «О третейских судах» кассационная жалоба может быть принесена только на определение об отказе в выдаче исполнительного листа по соответствующему третейскому решению.

    В АПК 1995 г. нет норм о порядке исполнения решения третейских судов. Лишь в подп. 9 п. 2 ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон РФ «О государственной пошлине» от 31 декабря 1995 г. говорится, что государственная пошлина взимается с аппеляционных и кассационных жалоб на постановления (а значит, и определения) арбитражного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда и об отказе в его выдаче. Однако в соответствии со ст.160 АПК РФ 1995 г. определения арбитражного суда теперь могут быть обжалованы лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом. В их перечень не входит определение о выдаче исполнительного листа на решение третейского суда.

    Такая же ситуация существует и в отношении кассационных жалоб на определения арбитражных судов (ст.179 АПК): перечень случаев, когда на определение может быть подана кассационная жалоба, указанное определение не включено. Более того, данное определение практически не может быть пересмотрено и в порядке надзора, т.е. согласно ст.185 АПК РФ заявление о принесении протеста на вступившее в законную силу постановление арбитражного суда может быть подано лишь после рассмотрения дела в апелляционной или кассационной инстанциях. В Соединенных Штатах, например, действует федеральный Закон о третейском суде 1925 г. (Federal Arbitration Act), в параграфе 15(1) которого установлено, что решение суда общей юрисдикции, которым утверждается либо отклоняется решение третейского суда, может быть обжаловано в порядке, действующем в отношении обычных гражданских исков. Закон не устанавливает каких-либо специальных сроков для подачи такой жалобы, есть лишь основания для отказа в выдаче приказа.

    Должна существовать процедура обжалования определений арбитражных судов о выдаче либо об отказе в выдаче исполнительного листа на решения третейских судов и у нас в России. Отсутствует пока действующий механизм исполнения решения третейского суда в случаях недобросовестного поведения ответчика, уклоняющегося от добровольного исполнения решения, на обязательность которого для сторон они заранее соглашались. Если сторона обращается в государственный суд за выдачей исполнительного листа, то он проверяет качество третейского решения. В печати обращалось внимание на то, что подобный подход обоснован для решения третейского суда, избираемого сторонами для одного конкретного спора. Такой суд не являлся постоянно действующим, третейский судья не профессионал, качество вынесенного им решения, может быть, и следует контролировать. Когда же решения постоянно действующих судов с санкции действующего законодательства практически игнорируются судебным органом, полномочным выдать исполнительный лист иногда без веских оснований, снижается эффективность деятельности постоянно действующих третейских судов, подрывается интерес обращения к ним. В связи с этим уже ряд лет высказываются предложения придать для начала актам нескольких авторитетных постоянно действующих третейских судов в порядке эксперимента силу исполнительного документа. В дальнейшем же, если результаты окажутся положительными, закрепить это положение в нормативном порядке [II. 2. с. 365-378].

    Для этого потребуется отказаться от представления рассмотренного в постоянно действующем третейском суде дела в суд государственный, компетентный выдать исполнительный лист на принудительное исполнение третейского суда. На заинтересованную в принудительном исполнении решений третейского суда сторону необходимо будет возложить обязанность представить в государственный суд надлежащим образом оформленное решение третейского суда или его заверенную копию, а также документы, подтверждающие отсутствие оснований для отказа в принудительном исполнении. Возможность отказа должна быть четко оговорена, например, наличием обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении в третейском процессе представителей одной из сторон, приведшем к вынесению неправильного решения, или об уголовно наказуемых преступлениях третейских судей, повлекших такие же последствия для дела.

    Однако в соответствии со ст.

    О некоторых особенностях современного третейского разбирательства в Российской Федерации

    Рубрика: Юриспруденция

    Дата публикации: 30.11.2018 2018-11-30

    Статья просмотрена: 649 раз

    ru archive 234 54303 дата обращения 16.

    Принципы третейского разбирательства

    Включение в Федеральный закон “О третейских судах в Российской Федерации” ст. 18 “Принципы третейского разбирательства”, законодательное закрепление перечня таких принципов и их состав являются уникальными характеристиками этого российского закона. Попытка аналогии с одноименными принципами судопроизводства в государственных судах дала отчасти положительный, а отчасти не вполне удовлетворительный результат.

    В Законе РФ “О международном коммерческом арбитраже” термин “принципы” не используется. При этом общепризнанными принципами третейского (арбитражного) разбирательства полагаются следующие положения этого закона, первые 2 из которых относятся к фундаментальным гарантиям справедливого арбитражного разбирательства:

    – обеспечение равного отношения к сторонам и предоставление каждой из них равных возможностей (ст. 18 “Равное отношение к сторонам”) (“представить свои объяснения”, “право быть выслушанным”)*(397);

    – независимость и беспристрастность арбитров (п. 1 ст. 12 “Отвод арбитров”)*(398);

    – принципы “компетенции-компетенции” и автономности арбитражной оговорки (ст. 16 “Право третейского суда на вынесение постановления о своей компетенции”);

    – принцип окончательности и обязательности арбитражного решения (ст. 34 “Ходатайство об отмене как исключительное средство оспаривания арбитражного решения”; ст. 35 “Признание и исполнение арбитражного решения” и ст. 36 “Основания для отказа в признании или приведении в исполнение арбитражного решения”). Принципы третейского разбирательства в международном коммерческом арбитраже, место которого находится на территории иностранного государства, следует определять на основе национальных законов страны – “места арбитража”.

    Принимая во внимание чрезвычайную важность соответствующего природе третейского разбирательства определения перечисленных в Федеральном законе “О третейских судах в Российской Федерации” принципов, именно содержание этих принципов раскрывается далее.

    В ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” впервые в отечественном законодательстве закреплены именно как принципы третейского разбирательства следующие основные положения:

    – независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности;

    – состязательности и равноправия сторон.

    Определения принципов в указанном законе не даются. При толковании и определении практического значения принципов третейского разбирательства следует принять во внимание два важных исходных положения.

    Во-первых, название и содержание ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” указывают на то, что перечисленные в этой статье принципы являются принципами именно третейского разбирательства.

    Во-вторых, принципы имеют общее значение для третейского разбирательства в целом, а не для отдельных его стадий.

    В-третьих, как уже отмечалось, принцип независимости и беспристрастности третейских судей, относится согласно современной доктрине доступности правосудия к числу фундаментальных. Несмотря на то, что формула второго из этих фундаментальных принципов – “право представить свои объяснения” – в ст. 18 закона не воспроизведена, систематическое толкование содержания всех указанных в этой статье принципов третейского разбирательства, в числе которых принцип равноправия сторон, а также иные положения этого федерального закона, дает основание для вывода об учете этого фундаментального положения в составе принципа равноправия сторон.

    Особенности проявления принципа законности в третейском разбирательстве обусловлены частной, негосударственной природой третейского суда.

    Третейское разбирательство – деятельность третейских (негосударственных) судей, замещающая судебное рассмотрение и разрешение правовых споров государственными судами. В основе третейского разбирательства – договор о передаче его сторонами гражданско-правового спора на разрешение третейского суда (третейское соглашение).

    Главное значение принципа законности третейского разбирательства – это его дозволение государством в соответствующем Конституции РФ федеральном законе.

    Следующая особенность принципа законности применительно к третейскому разбирательству объясняется его юрисдикционным характером.

    Реализация принципа законности процесса в третейском разбирательстве означает:

    – рассмотрение дел в соответствии с нормами материального права (ст. 6 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”), а не ex aequo et bono;

    – осуществление третейского разбирательства по правилам, определенным в соответствии со ст. 19 “Правила третейского разбирательства” Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”*(399), должно осуществляться при соблюдении принципа беспристрастности третейских судей, а также “права сторон представить свои объяснения (the right to be heard)”, понимаемого в качестве своеобразного знаменателя для установления минимального стандарта процессуальной справедливости*(400);

    – исчерпывающий перечень нарушений Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, при доказанности которых заинтересованной стороной компетентный суд вправе вынести определение об отмене (отказе) в исполнении решения третейского суда (ч. 2 ст. 233 и ч. 2 ст. 239 АПК РФ; ч. 2 ст. 422 и ч. 1 ст. 426 ГПК РФ);

    – нарушение решением третейского суда основополагающих принципов российского права, в том числе вынесение решения по спору, который не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом, как основание для отмены (отказа в исполнении) решения третейского суда компетентным судом ех officio (абз. 1 и 2 п. 2 ст. 42 и абз. 1 и 2 п. 2 ст. 46 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”; п. 1 и 2 ч. 3 ст. 233, п. 1 и 2 ч. 3 ст. 239 АПК РФ; п. 1 и 2 ч. 4 ст. 421 и п. 1 и 2 ч. 2 ст. 426 ГПК РФ).

    Конфиденциальность принято относить к важным преимуществам третейского разбирательства. Законодательное закрепление этого преимущества в качестве одного из принципов третейского разбирательства имеет большое практическое значение, заключающееся в установлении законных оснований для отнесения сведений о третейском разбирательстве к специально охраняемой законом тайне*(401).

    Принцип конфиденциальности третейского разбирательства:

    – распространяется также на лиц, избранных или назначенных для рассмотрения спора в третейском суде, но утративших полномочия третейских судей по основаниям, перечисленным в ст. 13 и 38 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в том числе по соглашению сторон; после принятия решения по существу спора или определения о прекращении третейского разбирательства и т.д.;

    – обеспечивается правилами производства по делам об отмене (исполнении) решения третейского суда в компетентном суде. В соответствии с ч. 2 ст. 232 и ч. 2 ст. 238 АПК РФ, ч. 2 ст. 420 и ч. 2 ст. 425 ГПК РФ при подготовке таких дел к судебному разбирательству судья компетентного суда может истребовать из третейского суда материалы дела только по ходатайству обеих сторон третейского разбирательства (лиц, участвующих в деле).

    В п. 1 ст. 22 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” определены пределы применения принципа конфиденциальности в отношении сведений, которые становятся известными третейскому суду и третейским судьям в ходе третейского разбирательства.

    Не все сведения, которые становятся предметом третейского разбирательства, могут иметь характер конфиденциальной информации.

    Во-первых, законодательством Российской Федерации устанавливается перечень сведений, которые не могут являться конфиденциальными*(402).

    Во-вторых, сами стороны могут не рассматривать какие-то сведения как конфиденциальные.

    Важнейшей гарантией соблюдения принципа конфиденциальности третейского разбирательства является законодательное закрепление “свидетельского иммунитета” третейских судей. Согласно п. 2 ст. 22 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” третейские судьи отнесены к лицам, которые освобождаются от обязанности давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали им известны “в ходе третейского разбирательства”.

    Конституционной основой приведенного законоположения является ст. 51 Конституции РФ. В ч. 1 ст. 51 Конституции РФ закреплено неотъемлемое право любого человека не свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом, а в ч. 2 – право законодательных органов власти устанавливать в федеральном законе иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания.

    Круг лиц, освобожденных от обязанности давать свидетельские показания, определяется в федеральных законах об осуществлении правосудия в порядке конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ст. 55 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”; ст. 34, 46, 52, 54-55, 72 УПК РФ; ст. 25.6 КоАП РФ; ч. 3 и 4 ст. 69 ГПК РФ; ст. 56 АПК РФ).

    Пункт 2 ст. 22 указанного федерального закона подлежит применению и в отсутствие корреспондирующих положений в процессуальных кодексах.

    Указание на то, что “третейский судья не может быть допрошен в качестве свидетеля”, предполагает как собственно запрет допрашивать третейского судью в качестве свидетеля, так и право лица отказаться от дачи показаний об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с выполнением функций третейского судьи.

    Беспристрастность третейских судей – общепризнанный принцип третейского разбирательства, закрепленный в большинстве национальных законов, в международных договорах и в правилах третейского разбирательства.

    Читайте также:  Отключили газ куда обращаться

    Согласно современной доктрине “доступности правосудия” и ее применению в практике Европейского суда по правам человека, этот принцип, наряду с “правом представить свои объяснения”, относится к античным по происхождению, “базовым” правилам процедуры любого юрисдикционного (несудебного) органа, в том числе в случае возложения на такой орган судебных функций*(403).

    Третейский судья при разрешении спора рассматривает спор вместо государственного судьи и в этом своем качестве должен удовлетворять требованиям, обеспечивающим реализацию права граждан и их объединений (организаций) на “справедливое разбирательство дела” “независимым и беспристрастным судом” (п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод)*(404).

    Поскольку требования независимости и беспристрастности третейского судьи производны от одноименных требований к судьям государственных судов, то совпадают подходы к основополагающим гарантиям их функциональной деятельности. Никто – ни органы государственной власти, ни учредители постоянно действующих третейских судов, ни их должностные лица или сотрудники – не вправе оказывать влияние на деятельность третейских судей по рассмотрению спора в силу ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”.

    Определенные гарантии независимости третейских судей от органов власти установлены в ч. 2 ст. 3 и в ч. 7 ст. 8 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в котором введены запреты:

    – на образование третейских судов при федеральных органах государственной власти, органах власти субъектов РФ и органах местного самоуправления;

    – на избрание (назначение) третейским судьей лица, которое не может выполнять такую деятельность в соответствии с его должностным статусом, определенным федеральным законом. Независимость третейских судов от учредителей постоянно действующих третейских судов также имеет место в отсутствие вмешательства их органов, должностных лиц и сотрудников в деятельность третейских судей по рассмотрению спора и принятие решения по делу. Само по себе включение лиц в список третейских судей (обязательного или рекомендательного характера) и выплата гонораров за рассмотрение спора не означают зависимости этих лиц от утвердившей такой список и выплачивающей гонорары организации – учредителя постоянно действующего третейского суда.

    Независимость третейских судей от сторон понимают как “отсутствие денежных и иных связей между ним и одной из сторон”. Считается, что лицо не может быть избрано (назначено) и принять функции третейского судьи, “если оно имеет прочные деловые связи с одной из сторон либо материально заинтересовано в исходе дела, будучи, например, держателем акций компании, ее должностным лицом или сотрудником и т.п.”*(405).

    Беспристрастность – “отсутствие у третейского судьи предрасположенности по отношению к определенной стороне или к существу спора”*(406).

    Именно беспристрастность третейского судьи обеспечивается законодательным закреплением таких требований к третейскому судье, как способность “обеспечить беспристрастное разрешение спора”, отсутствие “прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела” (ч. 1 ст. 8 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”). Этой же цели подчинены правила формирования состава третейских судей, устанавливающие основания для отвода (самоотвода) третейского судьи (ст. 8 и ст. 11 Федерального закона).

    “Назначение арбитров (третейских судей) сторонами – и поэтому близкие отношения между ними – не противоречит статье 6 Конвенции, если применяемая процедура назначения арбитров дает сторонам равные права и положение”*(407).

    Между независимостью и беспристрастностью существует функциональная взаимосвязь. Третейские судьи беспристрастны, пока не доказано обратное. Беспристрастность полагается условием независимости. Необходимо не только чтобы третейские судьи были независимы, отсутствие их независимости должно быть очевидным*(408).

    В практике российских (государственных) арбитражных судов отсутствие независимости и беспристрастности третейских судей как основание для отмены (отказа) в принудительном исполнении решений третейских судов было установлено в следующих случаях:

    – судья, разрешавший спор о расторжении договора аренды, являлся единственным учредителем организации-истца*(409);

    – в состав третейского суда входили директор одной и генеральный директор другой организаций-учредителей истца в третейском разбирательстве*(410);

    – постоянно действующим третейским судом был рассмотрен спор с участием “фонда”, являвшегося, по существу, подразделением организации-учредителя постоянно действующего третейского суда, президент которой “утверждал” третейских судей*(411).

    При определении пределов применения принципов независимости и беспристрастности, состязательности и равноправия сторон под третейскими судьями следует понимать:

    – лиц, которые получают предложение о принятии назначения быть третейским судьей*(412);

    – лиц уже избранных или назначенных для рассмотрения спора третейских судей, выполняющих функции третейского судьи по рассмотрению спора вплоть до составления и подписания текста окончательного решения третейского суда.

    Принцип диспозитивности третейского разбирательства является логическим продолжением одноименного принципа в материальных правоотношениях, свободы гражданско-правового договора.

    Автономия воли сторон договора проявляется в праве на заключение третейского соглашения как основы основ третейского разбирательства и в праве договариваться о правилах третейского разбирательства.

    Пределы применения принципа диспозитивности в третейском разбирательстве определены в абз. 1 п. 3 ст. 19 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в соответствии с которым согласованные сторонами правила третейского разбирательства не могут противоречить обязательным положениям этого федерального закона. Под “обязательными положениями” федерального закона понимаются такие, которые не предоставляют сторонам права договариваться по отдельным вопросам.

    Состязательность и равноправие сторон – два взаимосвязанных принципа процессуального права, имеющих в третейском разбирательстве существенную специфику.

    Равноправие сторон является условием состязательности.

    Однако само равноправие сторон в третейском разбирательстве обусловлено выполнением третейскими судьями возложенной на них обязанности по соблюдению принципа “независимости и беспристрастности” как условия “равного отношения к сторонам, предоставления им всех возможностей для изложения своей позиции”.

    Нарушение арбитрами принципа равного отношения к сторонам может выражаться не только в том, что арбитр относился к одной из сторон предвзято, но и в том, что арбитр не действовал эффективно на основе принципа равноправия сторон*(413).

    Несоблюдение правил формирования состава третейского суда и ведение третейского разбирательства с нарушением требований к третейским судьям; непредоставление стороне возможности “представить третейскому суду свои объяснения”, в том числе и по причине неуведомления об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда, могут являться основаниями для отмены/отказа в принудительном исполнении решения третейского суда (при условии их доказанности заинтересованной стороной).*(414)

    Диспозитивность при определении правил третейского разбирательства обусловливает отсутствие строгой предписанной законом процессуальной формы третейского разбирательства. Гибкость большинства процессуальных правил третейского разбирательства, а также его конфиденциальный характер обусловливают вариативность меры состязательного начала в третейском суде при неизменности основного постулата состязательного процесса*(415) – возложения на стороны обязанности по представлению доказательств.

    Во-вторых, принципы имеют общее значение для третейского разбирательства в целом, а не для отдельных его стадий.

    Принципы третейского разбирательства

    Включение в Федеральный закон “О третейских судах в Российской Федерации” ст. 18 “Принципы третейского разбирательства”, законодательное закрепление перечня таких принципов и их состав являются уникальными характеристиками этого российского закона. Попытка аналогии с одноименными принципами судопроизводства в государственных судах дала отчасти положительный, а отчасти не вполне удовлетворительный результат.

    В Законе РФ “О международном коммерческом арбитраже” термин “принципы” не используется. При этом общепризнанными принципами третейского (арбитражного) разбирательства полагаются следующие положения этого закона, первые 2 из которых относятся к фундаментальным гарантиям справедливого арбитражного разбирательства:

    – обеспечение равного отношения к сторонам и предоставление каждой из них равных возможностей (ст. 18 “Равное отношение к сторонам”) (“представить свои объяснения”, “право быть выслушанным”)*(397);

    – независимость и беспристрастность арбитров (п. 1 ст. 12 “Отвод арбитров”)*(398);

    – принципы “компетенции-компетенции” и автономности арбитражной оговорки (ст. 16 “Право третейского суда на вынесение постановления о своей компетенции”);

    – принцип окончательности и обязательности арбитражного решения (ст. 34 “Ходатайство об отмене как исключительное средство оспаривания арбитражного решения”; ст. 35 “Признание и исполнение арбитражного решения” и ст. 36 “Основания для отказа в признании или приведении в исполнение арбитражного решения”). Принципы третейского разбирательства в международном коммерческом арбитраже, место которого находится на территории иностранного государства, следует определять на основе национальных законов страны – “места арбитража”.

    Принимая во внимание чрезвычайную важность соответствующего природе третейского разбирательства определения перечисленных в Федеральном законе “О третейских судах в Российской Федерации” принципов, именно содержание этих принципов раскрывается далее.

    В ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” впервые в отечественном законодательстве закреплены именно как принципы третейского разбирательства следующие основные положения:

    – независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности;

    – состязательности и равноправия сторон.

    Определения принципов в указанном законе не даются. При толковании и определении практического значения принципов третейского разбирательства следует принять во внимание два важных исходных положения.

    Во-первых, название и содержание ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” указывают на то, что перечисленные в этой статье принципы являются принципами именно третейского разбирательства.

    Во-вторых, принципы имеют общее значение для третейского разбирательства в целом, а не для отдельных его стадий.

    В-третьих, как уже отмечалось, принцип независимости и беспристрастности третейских судей, относится согласно современной доктрине доступности правосудия к числу фундаментальных. Несмотря на то, что формула второго из этих фундаментальных принципов – “право представить свои объяснения” – в ст. 18 закона не воспроизведена, систематическое толкование содержания всех указанных в этой статье принципов третейского разбирательства, в числе которых принцип равноправия сторон, а также иные положения этого федерального закона, дает основание для вывода об учете этого фундаментального положения в составе принципа равноправия сторон.

    Особенности проявления принципа законности в третейском разбирательстве обусловлены частной, негосударственной природой третейского суда.

    Третейское разбирательство – деятельность третейских (негосударственных) судей, замещающая судебное рассмотрение и разрешение правовых споров государственными судами. В основе третейского разбирательства – договор о передаче его сторонами гражданско-правового спора на разрешение третейского суда (третейское соглашение).

    Главное значение принципа законности третейского разбирательства – это его дозволение государством в соответствующем Конституции РФ федеральном законе.

    Следующая особенность принципа законности применительно к третейскому разбирательству объясняется его юрисдикционным характером.

    Реализация принципа законности процесса в третейском разбирательстве означает:

    – рассмотрение дел в соответствии с нормами материального права (ст. 6 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”), а не ex aequo et bono;

    – осуществление третейского разбирательства по правилам, определенным в соответствии со ст. 19 “Правила третейского разбирательства” Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”*(399), должно осуществляться при соблюдении принципа беспристрастности третейских судей, а также “права сторон представить свои объяснения (the right to be heard)”, понимаемого в качестве своеобразного знаменателя для установления минимального стандарта процессуальной справедливости*(400);

    – исчерпывающий перечень нарушений Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, при доказанности которых заинтересованной стороной компетентный суд вправе вынести определение об отмене (отказе) в исполнении решения третейского суда (ч. 2 ст. 233 и ч. 2 ст. 239 АПК РФ; ч. 2 ст. 422 и ч. 1 ст. 426 ГПК РФ);

    – нарушение решением третейского суда основополагающих принципов российского права, в том числе вынесение решения по спору, который не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом, как основание для отмены (отказа в исполнении) решения третейского суда компетентным судом ех officio (абз. 1 и 2 п. 2 ст. 42 и абз. 1 и 2 п. 2 ст. 46 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”; п. 1 и 2 ч. 3 ст. 233, п. 1 и 2 ч. 3 ст. 239 АПК РФ; п. 1 и 2 ч. 4 ст. 421 и п. 1 и 2 ч. 2 ст. 426 ГПК РФ).

    Конфиденциальность принято относить к важным преимуществам третейского разбирательства. Законодательное закрепление этого преимущества в качестве одного из принципов третейского разбирательства имеет большое практическое значение, заключающееся в установлении законных оснований для отнесения сведений о третейском разбирательстве к специально охраняемой законом тайне*(401).

    Принцип конфиденциальности третейского разбирательства:

    – распространяется также на лиц, избранных или назначенных для рассмотрения спора в третейском суде, но утративших полномочия третейских судей по основаниям, перечисленным в ст. 13 и 38 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в том числе по соглашению сторон; после принятия решения по существу спора или определения о прекращении третейского разбирательства и т.д.;

    – обеспечивается правилами производства по делам об отмене (исполнении) решения третейского суда в компетентном суде. В соответствии с ч. 2 ст. 232 и ч. 2 ст. 238 АПК РФ, ч. 2 ст. 420 и ч. 2 ст. 425 ГПК РФ при подготовке таких дел к судебному разбирательству судья компетентного суда может истребовать из третейского суда материалы дела только по ходатайству обеих сторон третейского разбирательства (лиц, участвующих в деле).

    В п. 1 ст. 22 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” определены пределы применения принципа конфиденциальности в отношении сведений, которые становятся известными третейскому суду и третейским судьям в ходе третейского разбирательства.

    Не все сведения, которые становятся предметом третейского разбирательства, могут иметь характер конфиденциальной информации.

    Во-первых, законодательством Российской Федерации устанавливается перечень сведений, которые не могут являться конфиденциальными*(402).

    Во-вторых, сами стороны могут не рассматривать какие-то сведения как конфиденциальные.

    Важнейшей гарантией соблюдения принципа конфиденциальности третейского разбирательства является законодательное закрепление “свидетельского иммунитета” третейских судей. Согласно п. 2 ст. 22 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации” третейские судьи отнесены к лицам, которые освобождаются от обязанности давать свидетельские показания об обстоятельствах, которые стали им известны “в ходе третейского разбирательства”.

    Конституционной основой приведенного законоположения является ст. 51 Конституции РФ. В ч. 1 ст. 51 Конституции РФ закреплено неотъемлемое право любого человека не свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом, а в ч. 2 – право законодательных органов власти устанавливать в федеральном законе иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания.

    Круг лиц, освобожденных от обязанности давать свидетельские показания, определяется в федеральных законах об осуществлении правосудия в порядке конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ст. 55 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”; ст. 34, 46, 52, 54-55, 72 УПК РФ; ст. 25.6 КоАП РФ; ч. 3 и 4 ст. 69 ГПК РФ; ст. 56 АПК РФ).

    Пункт 2 ст. 22 указанного федерального закона подлежит применению и в отсутствие корреспондирующих положений в процессуальных кодексах.

    Указание на то, что “третейский судья не может быть допрошен в качестве свидетеля”, предполагает как собственно запрет допрашивать третейского судью в качестве свидетеля, так и право лица отказаться от дачи показаний об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с выполнением функций третейского судьи.

    Беспристрастность третейских судей – общепризнанный принцип третейского разбирательства, закрепленный в большинстве национальных законов, в международных договорах и в правилах третейского разбирательства.

    Согласно современной доктрине “доступности правосудия” и ее применению в практике Европейского суда по правам человека, этот принцип, наряду с “правом представить свои объяснения”, относится к античным по происхождению, “базовым” правилам процедуры любого юрисдикционного (несудебного) органа, в том числе в случае возложения на такой орган судебных функций*(403).

    Третейский судья при разрешении спора рассматривает спор вместо государственного судьи и в этом своем качестве должен удовлетворять требованиям, обеспечивающим реализацию права граждан и их объединений (организаций) на “справедливое разбирательство дела” “независимым и беспристрастным судом” (п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод)*(404).

    Поскольку требования независимости и беспристрастности третейского судьи производны от одноименных требований к судьям государственных судов, то совпадают подходы к основополагающим гарантиям их функциональной деятельности. Никто – ни органы государственной власти, ни учредители постоянно действующих третейских судов, ни их должностные лица или сотрудники – не вправе оказывать влияние на деятельность третейских судей по рассмотрению спора в силу ст. 18 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”.

    Определенные гарантии независимости третейских судей от органов власти установлены в ч. 2 ст. 3 и в ч. 7 ст. 8 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в котором введены запреты:

    – на образование третейских судов при федеральных органах государственной власти, органах власти субъектов РФ и органах местного самоуправления;

    – на избрание (назначение) третейским судьей лица, которое не может выполнять такую деятельность в соответствии с его должностным статусом, определенным федеральным законом. Независимость третейских судов от учредителей постоянно действующих третейских судов также имеет место в отсутствие вмешательства их органов, должностных лиц и сотрудников в деятельность третейских судей по рассмотрению спора и принятие решения по делу. Само по себе включение лиц в список третейских судей (обязательного или рекомендательного характера) и выплата гонораров за рассмотрение спора не означают зависимости этих лиц от утвердившей такой список и выплачивающей гонорары организации – учредителя постоянно действующего третейского суда.

    Независимость третейских судей от сторон понимают как “отсутствие денежных и иных связей между ним и одной из сторон”. Считается, что лицо не может быть избрано (назначено) и принять функции третейского судьи, “если оно имеет прочные деловые связи с одной из сторон либо материально заинтересовано в исходе дела, будучи, например, держателем акций компании, ее должностным лицом или сотрудником и т.п.”*(405).

    Беспристрастность – “отсутствие у третейского судьи предрасположенности по отношению к определенной стороне или к существу спора”*(406).

    Именно беспристрастность третейского судьи обеспечивается законодательным закреплением таких требований к третейскому судье, как способность “обеспечить беспристрастное разрешение спора”, отсутствие “прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела” (ч. 1 ст. 8 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”). Этой же цели подчинены правила формирования состава третейских судей, устанавливающие основания для отвода (самоотвода) третейского судьи (ст. 8 и ст. 11 Федерального закона).

    “Назначение арбитров (третейских судей) сторонами – и поэтому близкие отношения между ними – не противоречит статье 6 Конвенции, если применяемая процедура назначения арбитров дает сторонам равные права и положение”*(407).

    Между независимостью и беспристрастностью существует функциональная взаимосвязь. Третейские судьи беспристрастны, пока не доказано обратное. Беспристрастность полагается условием независимости. Необходимо не только чтобы третейские судьи были независимы, отсутствие их независимости должно быть очевидным*(408).

    В практике российских (государственных) арбитражных судов отсутствие независимости и беспристрастности третейских судей как основание для отмены (отказа) в принудительном исполнении решений третейских судов было установлено в следующих случаях:

    – судья, разрешавший спор о расторжении договора аренды, являлся единственным учредителем организации-истца*(409);

    – в состав третейского суда входили директор одной и генеральный директор другой организаций-учредителей истца в третейском разбирательстве*(410);

    – постоянно действующим третейским судом был рассмотрен спор с участием “фонда”, являвшегося, по существу, подразделением организации-учредителя постоянно действующего третейского суда, президент которой “утверждал” третейских судей*(411).

    При определении пределов применения принципов независимости и беспристрастности, состязательности и равноправия сторон под третейскими судьями следует понимать:

    – лиц, которые получают предложение о принятии назначения быть третейским судьей*(412);

    – лиц уже избранных или назначенных для рассмотрения спора третейских судей, выполняющих функции третейского судьи по рассмотрению спора вплоть до составления и подписания текста окончательного решения третейского суда.

    Принцип диспозитивности третейского разбирательства является логическим продолжением одноименного принципа в материальных правоотношениях, свободы гражданско-правового договора.

    Автономия воли сторон договора проявляется в праве на заключение третейского соглашения как основы основ третейского разбирательства и в праве договариваться о правилах третейского разбирательства.

    Пределы применения принципа диспозитивности в третейском разбирательстве определены в абз. 1 п. 3 ст. 19 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, в соответствии с которым согласованные сторонами правила третейского разбирательства не могут противоречить обязательным положениям этого федерального закона. Под “обязательными положениями” федерального закона понимаются такие, которые не предоставляют сторонам права договариваться по отдельным вопросам.

    Состязательность и равноправие сторон – два взаимосвязанных принципа процессуального права, имеющих в третейском разбирательстве существенную специфику.

    Равноправие сторон является условием состязательности.

    Однако само равноправие сторон в третейском разбирательстве обусловлено выполнением третейскими судьями возложенной на них обязанности по соблюдению принципа “независимости и беспристрастности” как условия “равного отношения к сторонам, предоставления им всех возможностей для изложения своей позиции”.

    Нарушение арбитрами принципа равного отношения к сторонам может выражаться не только в том, что арбитр относился к одной из сторон предвзято, но и в том, что арбитр не действовал эффективно на основе принципа равноправия сторон*(413).

    Несоблюдение правил формирования состава третейского суда и ведение третейского разбирательства с нарушением требований к третейским судьям; непредоставление стороне возможности “представить третейскому суду свои объяснения”, в том числе и по причине неуведомления об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда, могут являться основаниями для отмены/отказа в принудительном исполнении решения третейского суда (при условии их доказанности заинтересованной стороной).*(414)

    Диспозитивность при определении правил третейского разбирательства обусловливает отсутствие строгой предписанной законом процессуальной формы третейского разбирательства. Гибкость большинства процессуальных правил третейского разбирательства, а также его конфиденциальный характер обусловливают вариативность меры состязательного начала в третейском суде при неизменности основного постулата состязательного процесса*(415) – возложения на стороны обязанности по представлению доказательств.

    Дата добавления: 2016-06-22 ; просмотров: 1384 ; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ

    Однако само равноправие сторон в третейском разбирательстве обусловлено выполнением третейскими судьями возложенной на них обязанности по соблюдению принципа независимости и беспристрастности как условия равного отношения к сторонам, предоставления им всех возможностей для изложения своей позиции.

    О некоторых особенностях современного третейского разбирательства в Российской Федерации

    Рубрика: Юриспруденция

    Дата публикации: 30.11.2018 2018-11-30

    Статья просмотрена: 649 раз

    50 Устанавливается двойной государственный контроль за деятельностью арбитражных учреждений с одной стороны это Правительство РФ, которое выдает разрешения для некоммерческих организаций; с другой государственные суды, осуществляющие содействие в принятии решений по спорным вопросам.

    Добавить комментарий